giovanni1313 (giovanni1313) wrote,
giovanni1313
giovanni1313

Categories:

"Будущее работы после COVID-19"

Продолжаем знакомиться с долгосрочными трендами рынка труда. Пару месяцев назад мы рассматривали выводы доклада "Будущее рабочих мест -2020" от WEF. На днях их коллеги из «McKinsey Global Institute» выпустили своё видение будущего рабочих мест. Что интересного в новом докладе?


Для начала, «МакКинси» даёт свою оценку потенциалу «удаленки». По их расчетам, в развитых странах 20-25% рабочей силы может трудиться из дома с той же эффективностью, что и в офисе. Это в 4-5 раз больше, чем доля «удаленки» до пандемии.

Аналитики осторожно прогнозируют, что есть шанс, что этот тренд позволит обратить вспять проблему концентрации топовых специалистов в крупных мегаполисах. Это может дать «вторую жизнь» небольшим городам. До пандемии, скажем, в США 60% новых рабочих мест концентрировалось в 25 крупных городах.

Но «подрывной» потенциал «удаленки» ограничен. Порядка половины рабочей силы развитых стран в силу характера своей работы вообще не в состоянии трудиться удаленно.

Доля рабочего времени, которая совместима с удаленным форматом работы, зависит от сектора экономики. На графике ниже черным показана доля времени, которая переводится на «удаленку» без потерь для производительности, синим — с потерями:


Будущие тренды затронут не только формат работы, но и численность занятых в разных сферах:


Хуже всего придётся «офисному планктону»: каждый шестой рискует лишиться рабочего места. Потери ожидаются и в сфере торговли, сопровождения клиентов, промышленной и складской деятельности, общественного питания.

Напротив, бум рабочих мест ожидается среди медицинского персонала и в области ухода за немощными. «МакКинси» связывает его со старением населения, а также ростом уровня жизни. Доля населения старше 65 лет в Германии вырастет с 22% до 26%, в США — с 16% до 20%, в Китае — с 12% до 17%.

На втором месте по скорости роста рабочей силы — инженерные специальности, в первую очередь связанные с дигитализацией и вычислительными технологиями. Помимо этого, хорошие перспективы у креативных и управленческих профессий, работы в области транспорта и обслуживании недвижимости.

При этом авторы предупреждают, что в 2030 8%-9% работников будут иметь профессии, о которых сейчас вообще мало кто слышал. Приводя такие примеры, как инженер по 3Д-печати и дизайнер «умных» домов.

Важный вывод из этих изменений: почти весь прирост рабочих мест будет сконцентрирован в позициях с высокой заработной платой:


Сокращение среднего класса — известный феномен последних двух десятилетий. Но до сих пор это сокращение шло как за счет роста мест с высокими зарплатами, так и с низкими зарплатами. В ближайшем будущем «внизу» роста уже практически не ожидается.

Не ожидается и стабильности. Именно низкооплачиваемые рабочие места находятся имеют высокий риск стать ненужными. В общем числе замещенных позиций доля низкооплачиваемых занимает 45%-65%, в зависимости от страны. То есть риск оказаться не у дел здесь в 1,5-2 раза выше среднего.

Помимо уровня оплаты труда, статистика свидетельствует о повышенном риске для таких категорий, как женщины и люди без высшего образования.

Людям, выталкиваемым из сфер с сокращающейся занятостью, придётся осваивать новые профессии, если они хотят остаться на рынке труда. В развитых странах речь идёт о 8%-10% рабочей силы, в Китае — 7%.

Причем новые профессии во многих случаях должны быть более высокооплачиваемыми, чем старые (именно в высоокоплачивамом сегменте будет сконцентрирован почти весь рост). Более того, эти высокооплачиваемые профессии почти всегда подразумевают совсем иной характер работы. Посмотрим на этот график, где показана востребованность навыков разного типа для пяти квинтилей размера зарплаты, от низшего к самому высокому:

В низшем квинтиле 50% рабочего времени — это физические навыки и работа руками. Социальные и эмоциональные навыки задействованы лишь в 15% рабочего времени. Технологические — и того меньше, в 5%. Грубо говоря, «сила есть — ума не надо».

В высшем квинтиле на ручной труд приходится лишь 4% времени. Зато социальные и эмоциональные навыки используются в 39% времени, а технологические — в 26%. То есть если на прошлом месте человек работал руками, на новом ему будет необходимо научиться работать головой.

Технологические новшества влекут за собой изменение требуемого характера работы. Совокупно по всей экономике использование социальных и эмоциональных навыков к 2030 вырастет на 18%-25%, технологических — на 13-27%. Этот рост будет достигнут за счет снижения потребности в базовых когнитивных навыках (чтение, счет, ввод данных) и физической работе.

Пробежимся по некоторым конкретным компетенциям. В технологических навыках самым востребованным и одновременно универсальным является компьютерная грамотность. Рост спроса ожидается в исследованиях и разработке, технологическом дизайне, инженерной работе и обслуживании техники. Спрос на продвинутые компетенции в ИТ и программирование будет расти ощутимо слабее. Неужели лозунг «Учись кодировать!» уже неактуален? Наконец, спрос на анализ данных и вычислительные навыки будет падать — вероятно, в связи с развитием машинной аналитики.

Среди социальных и эмоциональных навыков на первом месте межличностные навыки и эмпатия. Здесь «МакКинси» с тревогой отмечает, что формальное обучение этим навыкам распространено очень слабо. Прочие навыки из этой группы, вроде лидерства и умения вести переговоры, также будут востребованы.

Среди высших когнитивных навыков будет набирать важность креативность. Критическое мышление и принятие решений тоже станут более востребованными. А вот количественные и статистические навыки теряют востребованность, опять же в связи с машинной аналитикой. Как и продвинутые навыки письма — вероятно, «МакКинси» впечатлился GPT-3.


Обобщая, не стоит пытаться конкурировать с машинами — надо пытаться кооперировать с людьми.

Впрочем, как бы ни были полезны эти советы в теории, на практике рынок труда довольно консервативен и не слишком открыт изменениям. По подсчетам аналитиков, у 57% работников, работающих ныне на позициях с сокращающейся, прошлая позиция также входила в число сокращающихся. Другими словами, многие люди не могут вырваться из «порочного круга» бесперспективных специальностей.

Такая «обреченность» может быть связана с тем, что старая и новая позиции могут иметь пересекающийся набор навыков, с совпадением >60%. Но подобный «путь наименьшего сопротивления» не ведет ни к чему хорошему.

Чтобы исправить ситуацию, «МакКинси» рекомендует уже ставший классическим набор решений. Со стороны бизнеса это развитие корпоративного обучения и разворот к найму «по способностям», а не «по диплому». Со стороны государства — расширение доступа к интернету, новые типы «социальной страховки» на время переобучения и поддержка новых стандартов квалификации, основанных на способностях работников.

_______________________________________________________________
Друзья, я начал вести канал в Телеграм: Экономика знаний. Подписывайтесь!
Tags: занятость, прогнозирование, роботизация, рынок труда, социодинамика
Subscribe

  • ИИ, общество, политика

    Продолжаем знакомиться с отчетом о состоянии дел в области искусственного интеллекта ”AI100”. Один из разделов публикации посвящен…

  • С кем вы, мастера культуры?

    Вместо экономических и технологических достижений 14-ая китайская пятилетка пока может похвастаться только крепчающим маразмом. Товарищ Си…

  • Страх и ненависть в Пекине

    Борьба Коммунистической Партии с технологическими компаниями пока только усиливается. На днях последние слили «Ройтерс» подробности об…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments