giovanni1313 (giovanni1313) wrote,
giovanni1313
giovanni1313

Categories:

Предвыборный натиск


После недолгого перемирия в торговой войне, США начинают новую атаку на Китай. Один из ведущих производителей микрочипов Taiwan Semiconductor Manufacturing Company (TSMC) сворачивает поставки для китайского телекоммуникационного гиганта Huawei, что угрожает разрушить эту многомиллиардную глобальную бизнес-империю. Шаг вызван новыми требованиями Департамента торговли США по лицензированию продукции, сделанной с помощью американских технологий.

Выбор времени для очередной эскалации может показаться неожиданным. Первый раунд Штаты открыли в начале 2018, когда их экономика была в шикарной форме, а безработица — на исторических минимумах. Смелости хватило ненадолго. Уже осенью того же года американский фондовый рынок начал валиться вниз, и Дональд Трамп вынужден был поменять агрессивную риторику на разговоры о том, какую хорошую «сделку» он готовит вместе с китайской стороной.

Сейчас, в мае 2020, пандемия коронавируса буквально парализовала американскую экономику. Потрясения на рынке труда, рухнувшие потребительские расходы и ожидания, неминуемая волна банкротств — масштаб всего этого без преувеличения можно назвать катастрофическим. Сравнивать глубину разворачивающегося сейчас кризиса можно разве что с Великой Депрессией — по сути, мало кто из ныне живущих людей был очевидцем тех событий.

И вот в таких тяжелых условиях Трамп решает добавить к коронавирусному кризису торговую конфронтацию с Китаем. Плеснуть, так сказать, бензинчика в разгорающийся пожар. Не слишком умный ход, верно?


С точки зрения экономической повестки — да, безусловно. Но мотивация у Трампа, скорее всего, была совсем другой. В ноябре американскому президенту предстоят перевыборы — и тщеславный миллиардер ни секунды не раздумывал бы, выбирая между экономической стабильностью и вторым президентским сроком.

Образ «внешнего врага» всегда был одним из самых надежных приемов в политтехнологиях, и Трамп более чем преуспел в его использовании. В 2016 году его предвыборная кампания строилась на демонизации оффшорных производств, которые «отбирают рабочие места у американцев», и раздувании угрозы «чужаков» - нелегальных мигрантов.

По истечении 4 лет ни в области деоффшоризации, ни с мигрантами ситуация коренным образом не поменялась. Старые лозунги публика уже воспринимает без былого энтузиазма.

И тут вдруг нагрянула пандемия. «Уханьский вирус». Та самая «внешняя угроза», которая оказалась не просто очередной страшилкой — но действительно пришла на американскую землю, обрушила экономику, унесла жизни десятков тысяч людей и превратила в гетто жизнь сотен миллионов.

А если «уханьский вирус» пришел из Китая — стало быть, именно Китай и виноват в американских бедах. Именно так действует обывательская логика, именно так и работает образ «внешнего врага» - когда массовому сознанию непременно хочется найти виновного в своих проблемах. Оседлай эту волну — и победа на выборах в твоем кармане. Уж чем-чем, но игрой на популистских настроениях Трамп владеет очень хорошо.

Но пока это «лирика» - всего лишь умозаключения. Давайте подкрепим их «физикой» - реальными цифрами. В марте этого года крупный центр исследования общественного мнения Pew Research провел опрос, темой которого было отношение американцев к Китаю. Главный итог: сейчас почти 2/3 населения негативно относятся к КНР — наибольшая доля за последние 15 лет.


62% считают, что сила и влияние Китая являются значительной угрозой. Популярность такого мнения тоже ощутимо выросла за последние пару лет. Недовольство Китаем особенно сильно у лиц старше 50 — электоральной базы Трампа. Но «китайская угроза» беспокоит многих вне зависимости от политических пристрастий: и сторонники демократов, и сторонники республиканцев сходятся в своих взглядах на КНР. Соответственно, жёсткие действия против Китая становятся универсальной «козырной картой», которая позволяет выиграть расположение публики даже из противоположного политического лагеря.


Сторонники Демократической партии склонны винить Китай в негативном воздействии на окружающую среду и нарушениях прав человека. Но эта несколько стереотипная картинка на поверку оказывается гораздо богаче, если мы посмотрим не на массового избирателя, а на более влиятельные фигуры.

На технологическую стратегию США оказывают большое влияние две структуры: Оборонный совет по инновациям (Defense Innovation Board) и Комиссия национальной безопасности по искусственному интеллекту (National Security Commission on Artificial Intelligence). Обе возглавляет бывший гендиректор «Гугл» Эрик Шмидт, человек вполне либеральных взглядов и спонсор Демократической партии. Заседают в структурах представители «Майкрософт», «Амазон», «Фейсбук» и прочих, а также профессора ведущих университетов. В пещерном национализме их обвинить сложно.

Тем не менее, обе структуры в прошлом году отметились докладами, в которых технологический потенциал Китая открыто назывался угрозой для Америки, и звучали призывы к активным действиям в рамках соперничества между двумя сверхдержавами.


В частности доклад Оборонного совета по инновациям «The 5G ecosystem: risks & opportunities for DoD» особо подчеркивал риски глобальной экспансии китайской 5G-инфраструктуры. Напомню, что как раз Huawei является ведущим игроком на рынке оборудования 5G. Одной из рекомендаций было использование торговых ограничений для борьбы с китайскими производителями; часть рекомендаций из соображений секретности исключена из публичной версии доклада.

Угроза национальной безопасности — неотразимый аргумент, но у членов вышеупомянутых комиссий есть и свой шкурный интерес в атаке на Huawei. Так, Google конкурирует с китайской корпорацией на рынке смартфонов, а Microsoft активно расширяет свою линейку 5G-решений. Кроме того, влияние американских корпораций не ограничивается парой околооборонных структур, тем более при нынешней администрации лоббисты действуют в Белом доме всё агрессивнее и агрессивнее. Безусловно, у многих гигантов из Кремниевой долины есть очень сильная мотивация прижать своего китайского конкурента.

Так что «уханьский вирус» подвернулся очень кстати. По любопытному стечению обстоятельств, в конце марта, когда опрос Pew Research уже подходил к концу, Госдеп резко меняет риторику в отношении Китая. Прежние похвалы за быстро и решительно погашенную эпидемию сменяются обвинениями в сокрытии информации, искажении числа заболевших и распространении фальшивых теорий о якобы американском происхождении вируса. Потом в западной прессе начали появляться «сливы» разведданных и закрытых докладов.

Но то была своего рода «артподготовка», а сама атака — ограничения на экспорт чипов — началась совсем недавно. Опять же, по любопытному стечению обстоятельств, когда американский фондовый рынок оправился после коронавирусного шока, восстановив значительную часть потерянной капитализации. Известно, что Трамп уделяет нездоровое внимание рыночным индексам, почему-то полагая, что они отражают успехи в экономике (скорее всего потому, что он в ней совершенно не разбирается).

Рост рынков, конечно, в первую очередь произошел благодаря мощнейшему монетарному импульсу: за 2 месяца ФРС вкачала в рынок более 2,5 триллионов долларов. И надежды Трампа на крепкие экономические «тылы» не имеют под собой оснований: малейшее изменение конъюнктуры может вновь обрушить рынки, а без «фигового листка» выросших индексов экономика США представляет собой удручающее зрелище.

Рынкам есть из-за чего волноваться: Китай уже намекнул об ответных контрсанкциях против «Эппл», «Сиско», «Куалкомм» и «Боинг». В конце концов, у КНР тоже есть свои соображения национальной безопасности. И оставлять такие враждебные действия без ответа не принято: иначе давление и ограничительные меры будут только усиливаться.

Насколько серьезными могут быть последствия контрсанкций? У корпорации «Эппл» в прошлом году 16% продаж приходилось на Китай (цифра включает продажи в Тайване). Потеря этого рынка была бы существенным, но далеко не смертельным ударом.

Для «Эппл» уязвимым местом являются не продажи, а цепочка поставок. Почти вся «яблочная» продукция производится в Китае. При желании китайское руководство может легко разделаться с бизнесом корпорации стоимостью 1,3 триллиона долларов: альтернативных вариантов производства у «Эппл» нет, и создать их за разумный срок невозможно.

Фабрика в Шэньчжене, занимающаяся сборкой продукции "Эппл"

«Cиско» не привыкать к контрсанкциям: летом прошлого года, еще в предыдущем раунде торговых войн, Китаем был введен запрет на государственные закупки её продукции. Судя по тому, что ощутимо просели не только государственные, но и коммерческие заказы, помимо официальных запретов были и негласные рекомендации для частного сектора. На сегодняшний день у компании на китайский регион приходится небольшая часть продаж. Часть производства, а также некоторые поставщики «Сиско» располагаются в Китае. Но, в отличие от «Эппл», она может похвастаться довольно широкой географической диверсификацией своих цепочек поставок.

У «Куалкомм» на Китай приходится самая большая доля продаж из всех компаний потенциального «санкционного списка»: около 48%. Компания рискует попасть под перекрестный огонь двух правительств. Она и так уже пострадала от введенных ранее ограничений на экспорт продукции «Хуавею», но может потерять всех китайских клиентов.

Для «Боинга» китайский рынок в последние годы был одним из важнейших, давая 22% выручки. Однако как только Трамп решил поиграть в протекционизм, Китай ответил резким снижением покупок американских самолетов. В 2019 они упали в 4 раза, что только отчасти можно объяснить ситуацией с 737 МАХ:
Надо понимать, что авиапроизводители работают на перспективу: заказы принимаются на многие годы вперед. По прогнозам, к концу 2020-ых китайский рынок авиаперевозок станет крупнейшим в мире. Упустить такую перспективу само по себе неприятно. Но к этому дополнительно прибавляются серьёзнейшие проблемы с несколькими моделями самолетов компании. А пандемия коронавируса довершает «идеальный шторм»: пассажиропоток в авиаперевозках восстановится только через несколько лет. Авиакомпании отменяют или сокращают уже сделанные заказы на новые суда. В общем, антикитайская кампания Трампа не сулит «Боингу» ничего хорошего.

Санкции против «Боинга» - единственная мера американо-китайского противостояния, которая могла бы быть хоть в чем-то благоприятной для России. Шанс зайти на китайский рынок появляется у существующей линейки наших самолетов. Кроме того, стоит вспомнить про русско-китайский проект дальнемагистрального CR929. Пока он главным образом остается «бумажным», но в случае санкций может получить более щедрое финансирование, часть из которого перепадёт нашим проектным организациям.

Но совокупный эффект эскалации торговой войны на российскую экономику, будет, конечно, сильно отрицательным. Прежде всего, из-за реакции цен на сырьё — которые неизменно падали в ответ на ухудшение торговых отношений. Так что нам лучше надеяться на примирение сторон.

Сдержанный оптимизм пока уместен: по официальным каналам ответ Китая был весьма осторожным. Лидеры Поднебесной, в отличие от Трампа, хорошо понимают уязвимость сегодняшнего экономического положения. КНР сильно зависит от экспорта — а коронавирусный кризис грозит самым сильным сокращением спроса стран-импортеров за всю историю.

Усугублять положение поспешными шагами с целью «сохранить лицо» в таких условиях — непростительная глупость. Тем не менее, ответ будет, хотя и дозированный, призванный минимизировать негативные риски для устойчивости своей экономики. Как бы ни хотелось Китаю решить дело дипломатическим путем и переговорами, предвыборная логика диктуют для Трампа совсем иной курс действий. Вероятнее всего, атаки на Китай с разных сторон продолжатся.

Окажется ли выигрышным для Трампа этот курс — пока неизвестно. Но он намерен разыграть эту «козырную карту», чего бы это ни стоило глобальной экономике.


_______________________________________________________________
Друзья, я начал вести канал в Телеграм: Экономика знаний. Подписывайтесь!
Tags: Китай, США, ТНК, онолитека, политика, экономика, экспорт
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments