giovanni1313

Categories:

В краю непуганых "единорогов"

В Китае нет пузыря в сфере ИИ!“, -  

твёрдо заявляет Ли Кай-Фу, бывший глава китайского подразделения ”Google”. И спорить с авторитетом Ли непросто. За свою карьеру он успел поработать еще и в ”Apple”, и в ”Microsoft”, а с 2009 года Ли с головой ушел в венчурный бизнес. Сейчас его фонд «Sinovation Ventures» управляет активами стоимостью 1,3 млрд. долларов.

Мне очень хочется верить Ли. Хочется, прямо как агенту Малдеру. Верить в его большой опыт и доскональное знание ситуации на рынке. Верить в благоразумие и взвешенность инвесторов. Верить в то, что Китай под мудрым руководством Великого Кормчего Си Цзиньпина планомерно и последовательно, без каких-либо пузырей и перекосов, идёт к процветанию и всеобщему благополучию...

Но — вот беда — я привык больше полагаться не на веру, а на факты. А фактов, подкрепляющих его заявление, Ли Кай-фу в интервью изданию «Цайсинь», увы, так и не озвучивает. Что ж, придётся искать их самостоятельно и пытаться «подружить» их с позицией Ли.

А недостатка в фактах нет. Возьмем недавнее привлечение средств стартапом «Aibee Beijing Intelligent Technology». Стартап оценили в 800 млн. долларов на первом раунде инвестирования. Да это же подрастающий «единорог» - очень и очень вероятно, что на следующем раунде капитализация превысит заветную планку в 1 миллиард. Ладно, возможно, такая высокая капитализация на такой ранней стадии оправдана? Может, к первому раунду ”Aibee” подошла уже с хорошо работающей бизнес-моделью?

Смотрим. Продукты? Нет. Продукты пока существуют только в бизнес-плане, да и там их описание не блещет конкретикой (хинт: у компании, которая существует 3 месяца, с продуктами всегда довольно проблематично). Клиенты? Нет. Строчка из пресс-релиза: «ведутся переговоры с ведущими оффлайновыми ритейлерами» в переводе с маркетингового языка на обычный означает отсутствие сколь-нибудь четких перспектив. Мощная команда, зарекомендовавшая себя коммерческими успешными проектами? Снова нет. Коллектив ”Aibee” состоит всего из нескольких человек. Одним словом, совершенно типичный первый раунд.

И не совсем типичная капитализация. Для сравнения, на нашем рынке столько же стоит ТГК-1 — компания, у которой почти 7 ГВт генерирующих мощностей, с годовой выручкой более 1 млрд. долларов. Если брать не убогие российские реалии, а развитые страны и хай-тек, в той же весовой категории находится OHB – немецкое предприятие космической отрасли с оборотом 700 млн. евро.

Отчего же инвесторы буквально в очередь выстроились, желая профинансировать «космически дорогую», но не заработавшую ни копейки ”Aibee”? Единственное, что может оправдать их энтузиазм - это личность основателя стартапа, бывшего директора Института глубокого обучения компании “Baidu“ Линя Юаньцина. Именно этого человека инвесторы, по сути, оценили в 800 млн. долларов. Но заслуживает ли Линь такую высокую оценку?

Линь Юаньцин: "малыш на миллиард"

Иными словами, каков шанс, что Линь Юаньцин станет новым Биллом Гейтсом или Марком Цукербергом? В плюсы руководителю ”Aibee” можно записать то, что он получил образование и продолжительное время работал в США, где мог плотно познакомиться с развитой предпринимательской культурой и глобализованным подходом к бизнесу.

Но и в американском подразделении NEC, и в «Байду» Линь отвечал за исследовательские работы. Его профессиональной областью является машинное зрение; последнее время он был одной из ключевых фигур в разработке платформы автономного вождения Apollo. Немало времени Линь уделял и научной деятельности.  

Другими словами, основатель ”Aibee” всё это время был огражден от «стихии рынка», осваивая выделенные сверху R&D-бюджеты, от него требовался лишь прогресс в технологиях. Их коммерциализацией занимались (и продолжают заниматься, технологии только начинают выходить на рынок) совсем другие команды. Теперь же все «прелести» выживания в высококонкурентном капиталистическом мире неопытному единорожику ”Aibee” придётся познать на своей шкуре. Мало того, Линю пришлось бросить сферу разработок, где его компетенция наиболее сильна — автономное вождение.

Cледующий пример — компания «Люлишо». Она продвигает мобильное приложение, позволяющее китайцам учить английский язык. Инновационное решение в образовательной сфере, тем более с применением ИИ-технологий — наимоднейшая и практически беспроигрышная тема. Так что прошлым летом «Люлишо» успешно закрыла инвестиционный раунд C, собрав 100 млн. долларов и получив полновесный статус «единорога». Капитализация по итогам раунда составила 1,25 млрд. долларов.

Чем же хорош этот представитель единорожьего племени? Незадолго до прошлого раунда компания похвасталась тем, что вышла на прибыльность. Что, впрочем, не помешало ей пустить шапку по кругу венчурных инвесторов. Вырученные деньги «Люлишо» планировала потратить на расширение доступного контента, запуск курсов для других иностранных языков и даже глобальную экспансию.

Приложение "Люлишо"

Несамодостаточная «прибыльность» и громадьё планов — вот и всё, что «Люлишо» может записать себе в актив. Потому что при внимательном рассмотрении показатели стартапа выглядят более чем скромно. «60-миллионная пользовательская база» из презентационных материалов на поверку оказывается общим числом когда-либо зарегистрировавшихся человек. Сколько из них открывало приложение хотя бы 1 раз за прошлый месяц? Это знают только владельцы бизнеса. Оценка трафика для веб-сайта проекта показывает гораздо более низкую цифру: менее 800 тыс. посетителей в месяц.

Ладно, пускай даже будут десятки миллионов пользователей. Но ведь абсолютное большинство из них не приносит стартапу никаких денег! Людей, подписавшихся на платный курс английского — менее 600 тысяч. То есть только один из ста человек, попробовавших продукт, желает платить за него деньги. И этот факт очень многое говорит нам о качестве платформы «Люлишо», ее востребованности и общей возможности конвертировать эту образовательную технологию в твёрдую валюту.

Получается, что одного «денежного» клиента платформы венчурные инвесторы оценивают в 2 тыс. долларов. А много ли с него можно взять? Месячная подписка на «премиальный» курс стоит 99 юаней, т. е. около 15 долларов. И из собираемых средств приходится покрывать различные расходы: аренда мощностей в дата-центрах, зарплаты как разработчикам машинно-обучаемых систем, так и обычным лингвистам-методистам, клиентская поддержка, офисы, продвижение в соцсетях и на сайтах и т. д. Причём платные подписчики вынуждены тянуть на себе более многочисленных пользователей бесплатных курсов.

Ясно, что «выдаивать» с единорога эти 2 тысячи долларов придётся очень и очень долго. Остаётся надежда на расширение. Проблема с курсами для новых иностранных языков в том, что затраты на их разработку сопоставимы с разработкой курса английского. А вот спрос на них существенно ниже. Соответственно, и прибыль окажется гораздо меньше — если она вообще будет. То же самое справедливо и для глобальной экспансии — вдобавок здесь растут риски, связанные с выходом на незнакомые рынки. А практика показывает, что на внешних рынках успех китайских ИТ-продуктов — очень редкое явление.

Хуже того, и на родине конкуренция в сфере дистанционного обучения английскому является очень интенсивной. Так что, как бы ни хотелось инвесторам и мне верить в сказку, судьбу этого молодого «единорога» тоже будут решать волчьи законы капитализма. Впрочем, «Люлишо», кажется, всё-таки нашёл сказочно лёгкий способ поднимать бабло. В 3 квартале 2018 шапка опять пойдет по кругу, и щедрая рука венчурных капиталистов закинет туда еще миллионов полтораста вечнозеленых — ведь пузыря в сфере китайских ИИ-стартапов нет ровно до того момента, пока не опустеют карманы спонсоров...

Разница между "номиналом" и реальной стоимостью "единорогов" может быть очень большой

Тут мне начнут возражать: «Джованни, хватит прикидываться агентом Малдером. Ты нарочно выбираешь самые худшие случаи, чтобы очернить большие достижения китайского народа и Партии в деле построения передовой экономики». Что ж, действительно, есть смысл взглянуть на всю картину целиком.

Возьмем топ-10 крупнейших венчурных сделок за 4 квартал 2017. Пять строчек в нем заняли американские стартапы, пять — китайские. Но в денежном выражении Китай в два с лишним раза превзошел Штаты: 10 млрд. долл. против 4,7 млрд. Из китайской «великолепной пятерки» три компании связаны с темой ИИ: «Диди Чусинь», «Мэйтуань Дяньпин» и «Guazi.com».

Объем венчурных инвестиций Китая уже в разы превосходит европейские (14 млрд. долл. против 5,7 млрд. долл. в 4 кв. 2017) и уступает лишь американским (24 млрд.). Обращает на себя внимание резко выросший средний размер сделки: если в начале 2015 он составлял 20-25 млн. долларов, то последние 3 квартала он не опускался ниже 90 млн. долл.!

Неудивительно, что китайские «единороги» из редкого и исчезающего вида превращаются в обыденное явление. В прошлом году их племя в КНР пополнилось 34-мя новыми особями. Немалая часть из них предлагает ИИ-разработки. Всё это прекрасно, если бы не одно но: по данным площадки IT Juzi, капитализация этих стартапов в 2-4 раза превышают таковую для американских проектов (заметим, что и американские компании сейчас, мягко говоря, не назовешь дешевыми).

C такими раздутыми ценниками и огромными суммами сделок «единороги» появляются даже на ранних этапах инвестирования. 10 компаний из 34 попали в «клуб миллиардеров» на раунде В. Пятерым удалось то, до чего немного не дотянула ”Аibee”: стать «единорогами» уже на первом раунде.

Инвесторы готовы наперебой совать деньги ИИ-стартаперам — только руку протяни. Одни только выходцы из “Baidu“ (6 человек, 6 разных проектов) за последний год получили финансирование на 300 миллионов долларов. Неплохо, учитывая, что мировой объем венчурных инвестиций в технологии ИИ в 2017 составил 12 млрд. долл.

Да, хайп, да, сейчас об этом «ИИ» вещают из каждого утюга, но всё-таки не даёт покоя вопрос: инвесторы что, совсем потеряли здравый смысл и чувство меры? Один из возможных ответов лежит совсем не в плоскости венчурного бизнеса. Дело в том, что после исторического бегства капитала из Китая в 2014-15 гг., когда валютные резервы страны сократились на 800 млрд. долларов, власти «закрутили гайки» контроля за потоками капиталов предельно жёстко.  

Фактически, гигантские объемы капиталов оказались заперты внутри страны, и подходящих объектов для их приложения становится всё меньше. Например, недвижимость после серии неуправляемых «взлетов» и «падений» тоже была зарегулирована, как раз во избежание пузырения и перекосов. А тут такая возможность: «горячая» тема технологий будущего. Мало того, не только свободная от пут государственного контроля — наоборот, получающая от правительства всемерную поддержку.

Свою роль играет и очень специфическое отношение к корпоративной несостоятельности в Китае. Патерналистская модель экономики прививает ощущение «защиты» от всех рисков, обязательного присутствия «кредитора последней надежды» и общего желания любой цен избежать банкротств. Подвижки в подходах к банкротству начались совсем недавно, и ситуация меняется очень небыстро. Даже в такой высокорисковой сфере, как венчурный бизнес, укоренившиеся представления серьезно влияют на инвестиционные решения.

Вдобавок нынешние китайские венчурные капиталисты в массе своей имеют не слишком много опыта. За последние 4 года объем вложений в стартапы вырос более чем в 20 раз! А медиа пестрят историями о том, как вчерашние студенты или мелкие бизнесмены вложили смешные деньги в никому не известные компании и через несколько лет сказочно обогатились. Венчурный бизнес в Китае сейчас ассоциируется не с риском, а с успехом.

Объем венчурных инвестиций и количество сделок в КНР

Но частный капитал — не единственный игрок на рынке. Различные государственные муниципальные и провинциальные фонды проявляют всё больший интерес к ИИ-стартапам. Так, компания «Liangyu Medical», уже в первом раунде оцененная в 5,2 млрд. долларов, значительную часть средств получила из рук государства.

Всего в Китае существуют тысячи инвестиционных фондов разного уровня. Совокупный объем средств в них превышает полтриллиона долларов. Конечно, лишь малая часть из этой суммы может пойти на ИИ. Но после того, как с высокой трибуны 19-го партсъезда КПК Си Цзиньпин, насупив для важности брови, указал на необходимость внедрения ИИ в реальную экономику, можно не сомневаться — финансированию дан зеленый свет, и деньги эти в масштабе индустрии немалые.

Проблема в том, что люди в комитетах большинства этих фондов имеют весьма отдаленное представление о машинном обучении и о путях его внедрения в эту самую экономику. Хуже того, далеко не всегда они имеют представление о том, что такое IRR или там продленная стоимость. Их подход к инвестированию прост до наивности: «Они <фонды> говорят, что им неинтересна будущая доходность, их цель — продвигать инновации» (цитата проф. Чэня Чжиу, опубликованная в «Файнэншл Таймс»).

Целевые государственные фонды (Gov't Guided Funds) - относительно новый инвестиционный институт Китая

В чём-то китайские чиновники могут быть и правы: экономическое чудо в их стране было обеспечено не скрупулезным критическим анализом бизнес-планов, а изобилием доступных инвестиционных средств. Опять же, в отчетах, которые будет требовать по своей линии МинпромИТ, должна быть не информация о реалистичности коммерческих планов, а конкретные суммы выделенных средств и число поддержанных проектов.

Тем не менее, из одного только безоглядного вливания денег «продвижения инноваций» не получится. А получится... в принципе, что получится, видно уже сейчас. В прошедшем году уже более китайских 50 ИИ-стартапов бесславно прекратили свое существование.

Откровенно говоря, столь большое количество меня весьма озадачило. Весь этот хайп вокруг темы «ИИ» идет только два года; в Китае он начался несколько позднее. По данным Tencent, в конце 2017 в стране было около 600 стартапов в этой области. Большая часть из них возникла совсем недавно. Для того, чтобы успеть развалиться, стартапы-банкроты должны были появиться в самом начале ИИ-«лихорадки». Выходит, что абсолютное большинство рано стартовавших проектов не прошло естественный рыночный отбор. Это нормально для венчурных инвестиций — но это говорит совсем не в пользу нынешних раздутых капитализаций.

И «падёж» компаний только усиливается. Оптимистичную позицию об отсутствии «пузыря» разделяют далеко не все эксперты. Глава iFLYTEK Лю Цинфэн уверен, что в 2018 тоже обанкротится большое число стартапов. Другой предприниматель, Ли Чжиган, предполагает, что более 95% компаний в области ИИ не протянут больше трёх лет.

Так есть ли в Китае пузырь ИИ-инвестиций или нет? Верить ли нам Ли Кай-Фу? У меня осталось еще несколько соображений — а там делайте выводы самостоятельно... Дело в том, что год с небольшим назад его венчурный фонд собрал 675 миллионов долларов под покупку перспективных активов. И всё это время Ли приобретал доли в продолжающих дорожать стартапах, уделяя всё больше и больше внимания теме ИИ. Так что, начни сейчас Ли называть вещи своими именами, у инвесторов, вложивших сотни миллионов в его фонд, возникла бы масса абсолютно справедливых вопросов...

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded